Скорей бы потом! Радмила Хакова о том, как мы спешим, а зачем

Радмила
Хакова
15 февраля
Всю жизнь спешим, но куда? Эй, там же в конце — ничего.
Это была короткая версия текста про удовольствие жить в настоящем. Для подробностей следуйте за текстом дальше.

В последнее время я стала изрядно тормозить — сознательно. В каждом дне стараюсь поймать (уловить) момент настоящего. Звучит как реклама тренинга, анонсирующего перемены в жизни (бесплатно) — просто попробуйте пробыть в настоящем весь день или хотя бы время чтения текста (пять минут).

***

В качестве дивидендов за бурную молодость Толику достались Порш Кайен, завод под Питером и место в очереди на пересадку сердца. 

— Что вы чувствуете? — спрашивает психотерапевт.

— В смысле? — не понимает вопрос Толик. — Я ем суп.

Он занятой человек, поэтому терапия — за обедом.

— Суп какой? Кислый, соленый, горячий, холодный?..

— Какое это имеет вообще отношение?..

Как скоро станет известно (сначала терапевту, потом Толику, а теперь и нам), в последний раз он чувствовал хоть что-нибудь 19 лет назад. Боль, сопротивление, разочарование, безысходность, пустоту — когда его бросила девушка потому, что он «не сможет содержать нашу семью». Все остальное время (следующие 19 лет) Толик работал на автопилоте, ходил в качалку и бордель, чтобы доказать ей, как она была не права.

Я была не права, Толик. Суп какой?

Как только он понял, к чему клонит терапевт — жизнь стала осязаемым процессом. Он открывает окна в машине, кричит фанатам Зенита, выжимает газ, он смеется, суп — кислый, горячий, соленый (это рассольник), Толик живой потому, что он чувствует это: ветер, звук, вкус, тепло, боль, радость — сейчас.

* * *

Зимовали в Азии когда-нибудь? Если вы не турист-пакетник, то знаете: один день у моря — одно дело. Сначала смотришь рассвет и слушаешь птиц, потом прибой, потом закат — созерцание как процесс. Если идет дождь — смотришь дождь (и слушаешь тоже дождь). Есть особенно не хочется, жара. На море сходил — уже, считай, дело. Увиделся с кем-нибудь, что-нибудь обсудил, посетил событие — насыщенный день, успех!

* * *

Другое дело — будни, действительность. Несешься как антилопа, и «чтобы попасть хоть куда-нибудь, надо бежать в два раза быстрее». Мир ускоряет нас или мы его ускоряем? Многое можно сделать по-быстрому (хорошо, что не всё). Переспать с незнакомцем можно за час, но нельзя родить ребенка за месяц (даже если вы — девять женщин). Нельзя получить хороший фирменный стиль завтра (увы), но логотип можно сгенерить в генераторе логотипов мгновенно (такая фигня получается). Нельзя похудеть к понедельнику, но изменить прическу и стиль одежды — запросто к вечеру. Не выйдет заговорить на хорошем английском к утру, моргнув, оказаться на Тенерифе или показах «Дау», встать на доску и поехать — никак, придется научиться, пересмотреть питание, заняться грамматикой, упасть, встать, упасть, встать, поехать в аэропорт и оттуда лететь, иначе нельзя.

***

С Вовой куда-нибудь прилетишь — начинается.

— О! Эта набережная (в Сочи) похожа на Сан-Франциско, где я гулял с собаками тогда, погода была… Этот бар напоминает мне бар в Севастополе, в котором парни придумали шить трусы, монобренд, представляешь, только мужские трусы, больше ничего не шьют. Квартира эта — прямо как та в Киеве, помнишь, снимали с Сохором на Крещатике?

— Вооова, мы в Сочи!

***

Постоянно хочется проскочить настоящее, заметили? То в прошлое летаем, то на будущее надеемся.

Скорей бы пятница (это, кстати, сегодня). Скорее бы выходные. Скорей бы роды (так устаешь носить). Скорей бы ремонт этот закончился (три пожара). Скорей бы зарплата (здесь солидарны все, кроме тех, кто платит). Скорей бы выплатить все кредиты (поздравляю всех, кто проскочил этот уровень, обнимемся с теми, кто нет).

Скорей бы звонок, скорей бы лето, скорей бы вырасти и чтобы родители перестали указывать, во сколько тебе вернуться (сейчас был бы рад, если б сказали — в десять чтоб дома).

Вот закончим ремонт, тогда.

Вот уедем из страны, тогда.

Вот родится ребенок, тогда.

Жить в настоящем не получается. Если сам не хватаешь себя за хвост, не останавливаешь колесо, обстоятельства делают это. Бежала на работу, планов громадье, поскользнулась в метро и упала — многооскольчатый перелом со смещением в суставы — никакого тебе потом. Потом переносится на потом, когда выпишут, поняла?

«Упала — полежи», — говорит друг, пока я звоню в техподдержку офиса, чтобы мне интернет в больницу сегодня же провели.

— Суп какой?

Вот отдадим долги, тогда.

Вот похудею, тогда.

Недостижимое «потом» перемещается как железный кролик у носа гончих на собачьих бегах. Тебе никогда его не догнать — вот в чем фокус. Попробуй приземлиться в настоящем: где я, кто я, что я здесь делаю прямо сейчас, как мне в этом, что я чувствую, чувствую ли я что-нибудь? Хочу ли я быть здесь? Тепло ли мне? Радостно ли? Вкусно? Безопасно? Спокойно?

Я сижу в проветренной комнате, пью чай, дописываю текст. Мне тридцать пять лет. Свитер мягкий. В комнате тепло, светло и тихо, стена выкрашена в зеленый. Я слышу, как едут машины за окном, как, повинуясь пальцам, щелкают клавиши (на ощупь будто пятнашки, такен) и как за стенкой чихнул человек, которого я люблю. Я чувствую усталость в спине. Чай кислый, горький и горячий (имбирь и лимон). Я живая. Это мое настоящее, и оно мне нравится.

Радмила Хакова
15 февраля
В контексте
Подписаться на рассылку
0 комментариев
Войти:
Ваш комментарий…
н а в е р х   н а в е р х   н а в е р х