Ксюша
Дудкина
19 сентября 2018
Вахитовский районный суд Казани 10 сентября вынес приговор задержанным на акции против пенсионной реформы. Судьи, будто не сговариваясь, дали по 4 суток всем, кого доставили в отдел полиции «Япеева».

Казанский Кремль назвал акцию «провокацией», а местные СМИ писали, что участники повелись на тренды в интернете и деньги.

Леонид (19) и Булат (20) выходят на улицы со времен первого антикоррупционного протеста 26 марта 2017 года, организованного Навальным. Ильназ (22) на первом митинге не был из-за угроз деканата, а для Дмитрия (27) это первый опыт протеста. Они говорят, что не изобретают велосипед, выходя на митинги. В остальном мире такая практика приводит к изменениям в обществе. Дмитрий приводит в пример страны бывшего СССР, где люди выходили огромными толпами и перекрывали трассы. По их мнению, все дело в разнице поколений. Есть понимание, что что-то в России идет не так, но есть и страх. А этим ребятам бояться нечего: семьи нет, на госслужбе не состоят.

«Не думали, что дойдем до Кремля»

Митинг в парке Тинчурина уже заканчивался. Люди думали, что делать дальше. Леонид прошел в толпу, послушал разговор группы ребят. Они сомневались, идти ли в центр: «Я вмешался, сказал, что если есть желание, то нужно. Они быстро развернулись и закричали “Мы идем в центр!”. Народ сразу двинулся». Идти нужно было, считают парни, потому что это, по их мнению, давление на правительство. Но Леонид уверен, что это давление и на штаб Навального: «В Казани оппозиция идет на уступки власти. В прошлый раз митинг проводили в 12 часов на какой-то окраине. В некоторых других городах устраивают митинги в центре вне зависимости от того, что скажет местный исполком».

Идущие, говорят они, тоже были в шоке, что пошли в центр. Как будто перешли рубеж, который долго не могли преодолеть. Удивила реакция прохожих: им махали и улыбались. Иностранцы снимали на телефоны. Леониду удалось пообщаться с двумя девушками из Индонезии. Они были удивлены, что проходит митинг против действующей власти: «А мы думали, в России все любят Путина».

Митингующих от начала до конца сопровождали полиция и «эшники». Так называют сотрудников отдела по борьбе с экстремизмом. Эшники в штатском по пути вылавливали из толпы слишком активных ребят. Их доставили в отдел полиции «Вишневский», и позже всем им выписали штрафы. В Кремле люди «постояли, покричали», а выходили уже наперегонки с полицией. «Скандировали лозунги, что полиция нас защищает. А оказывается, она нас забирает», — рассказывает Ильназ.

«Кто сядет, будет хромать»

Сначала люди выходили спокойно, а потом эшники начали показывать омоновцам, кого брать. Задерживали только мужчин. Булату, как он говорит, особо больно не было. О том, что его могут задержать, он подумал еще на шествии. А Ильназ подумал об этом, когда выходил из квартиры — даже взял банан и кефир на всякий случай.

Ильназ и Булат. Фото: Евгения Есенина
Булат и Ильназ. Фото: Евгения Есенина

Задерживали на выходе из Кремля. Появление ОМОНа всех удивило: в Казани такое в первый раз. Дмитрий почти вышел из Кремля, но четверо омоновцев успели его схватить. Накинулись, заломали руки и порвали цепь. Когда запихивали в автозак, один ему ударил в район почек.

Ильназ тоже успел выйти из Кремля. Но как только закурил на светофоре, его взяли и повели в машину: «Они сами не понимали, кого собирают. Долго меня возили в уазике туда-сюда, а потом решили к остальным закинуть. Повели к автозаку за шиворот». В автозаке была установка: «Кто сядет, будет хромать». Сидели только омоновцы.

Дмитрий заметил, что были подсадные, которые провоцировали толпу, а потом из автозака их просто отпускали. В толпе кто-то крикнул «Путина на бутылку», ни один этого не поддержал. Вот только потом эта фраза была у всех в протоколах.

Булат: —  В автозаке слышим, открывается дверь и глухой удар: парня об дверь головой ударили. Он кричит, что инвалид второй группы. А ему в ответ: «Да мне ***** [глубоко плевать]». Сидеть ему не разрешили тоже, хотя справка была при нем.

Леонид: —  Ждать от «зеленых» соблюдения прав — фантастика.

Дмитрий: — Их задача — всех сгрести, а там уже суд будет разбираться.

Все без исключения — организаторы митинга

В отдел полиции «Япеева» их привезли в 17.22. Все пятнадцать человек стояли в проходе, где был только один стул. Дежурный начальник заявил, что всем МВД они решают, что с ними делать. Инвалида второй группы должны были отпустить, но он стоял вместе со всеми. Отпустили только из изолятора временного содержания.

Ильназ и Леонид написали ходатайство о привлечении защитника, но защитников не пускали. Они вместе с родственниками и друзьями ждали под окнами. Разрешили передавать только воду.

Задержанным говорили, что статья у них арестная, поэтому всех будут держать и дальше. Какая именно статья, ребята узнали только через окно: 20.2.2. «Организация массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка». Всех 15 человек в «Япеева» признали организаторами митинга.

Эшники фотографировали задержанных: Ильназ краем глаза заметил, что фотографии с подписями скидывали в телеграм. Он пытался закрыть лицо, но записывали приметы одежды.

Потом задержанных по приметам искали на видеозаписях с митинга. Возможно, их держали так долго, предполагают парни, потому что искали на видео и вырезали фрагменты, чтобы передать в суд.

Протоколы составляли в спешке и неграмотно. У Ильназа указан неправильный адрес и номер телефона, время задержания у него указано вот так: «17.22–17.21».

Леонид: — Я был в синем пиджаке. Эшник так смотрит на меня и пишет — серый пиджак. Я говорю, что синий. Посмотрел: «Серый же!». Я: «Нет, синий». Зовет полицейского: «Какой пиджак у него?». Тот отвечает, что синий. Он такой: «Ладно, напишу серо-синий».

Булат: — Эшники — отдельная тема. Это, наверное, единственные люди, которым это нравилось происходящее. Полицейские сначала на ножах были, а потом стали дружелюбнее, поддерживали даже. Как говорится, все в одной лодке.

«Ты директор свежего воздуха, что ли?»

После «Япеева» всех развезли по изоляторам временного содержания.  Дмитрий и Булат попали в один. В «обезьяннике» они немного посидели в двухместной камере вчетвером: «Интерьер такой успокаивающий, атмосфера такая дружелюбная. Два “гроба” (деревянные койки — прим.ред.) стоят. Мы на них и ютились, пока нас описывали», — рассказывает Дмитрий. Потом их разместили по камерам, выдали постельное белье, матрас.

В 7 утра все забрали. Принесли гречку и «деревянную» сосиску, сухари, чай и сахар. «Диетический завтрак», так его назвали дежурные. Булат надеялся, что все обойдется, позвонил маме и сказал, что скоро приедет. Дмитрий попросил административный кодекс. Кодекс дали за 2012 год, и сначала они обрадовались - штраф до 100 рублей. Потом Булату разрешили погуглить, и открытие было не из приятных. Раньше и организатору, и участнику грозил штраф до 1500 рублей. Теперь по их статье — штраф от 20 тысяч, административные работы до 50 часов или арест до 10 суток.

Леонид считает, что изменилось все после «Болотки» (Болотная площадь и Болотная набережная стали местом проведения нескольких митингов «За честные выборы» в 2011-2012 годах — прим.ред.): «Совсем недавно ради Навального изменили максимальный срок за административное правонарушение с 25 до 30 суток».

«У нас как прецедент случится, так и законы сразу под него придумают. Те же Pussy Riot: сразу статья за оскорбление чувств верующих появилась», — смеется Дмитрий.

Дмитрий. Фото: Евгения Есенина
Дмитрий. Фото: Евгения Есенина

Пока в другом изоляторе оформили Ильназа, стало уже два часа ночи: «Дали матрасы, но “запах вчерашнего алкаша” никогда из них не выветрится. Некоторые ребята отказались от матрасов, настолько воняло. Наутро дали завтрак, сфоткали. Спросили, где учусь или работаю. Я говорю, что нигде. Они отвечают: “Ты директор свежего воздуха, что ли?”».

Леонида, попавшего в еще один ИВС, оформили быстро и потребовали отпечатки, хотя процедура дактилоскопии добровольна. За отказ напугали ещё одной статьей — за неповиновение сотруднику полиции. «Я попросил показать, где написано, что я обязан это сделать. Минут 15 сотрудник с серьезным лицом копался в телефоне и такой: “Тут интернет плохой. Ладно, давайте без отпечатков”».

Матрасов и белья им не выдали. В 7 утра дали подмороженную гречку и сосиску, сухари и чай (просто пакетик чая без кружки и кипятка).

Суд как под копирку

Суда в 9 утра не было. Задержанных привезли туда около 16.00. Должны были конвоировать омоновцы, но к группе Дмитрия и Булата приставили обычных полицейских: «Женщина лет 35 и пацан моего возраста. У него годовщина была с девушкой в этот день, столик забронировал. А тут мы», — рассказывает Дмитрий.

Волонтеры из штаба Навального и «Открытой России» все это время ждали в суде. Привезли пироги и воду. Перед судом им ничего поесть не дали, поэтому для ребят это было спасением. Заводили в суд по одному, остальные ждали в автозаке цепью в пять человек. Каждого судили по 40–50 минут. Защищали в суде волонтеры, но физически они не успевали на всех 22 задержанных. К Булату подбежал защитник прямо на входе в зал суда. Успел ему сказать только: “Вину не признавай”.

На суде показывали видео с митинга, где появляются обвиняемые. Было видно, что Булат кричит, но это не доказывает, что он организатор. Друг Ильназа, которого тоже задержали, попросил показать на видео, где он появляется и что-то выкрикивает. Пересмотрели видео пять раз, но его не нашли. Друг тоже получил 4 суток как организатор.

Леонида судили предпоследним: «Там уже все были задолбавшимися. Видео уже не показывали. Я знал, что 4 суток дадут. Мне было важнее, чтобы книгу почитать принесли».

Все четверо судей вынесли одинаковый приговор по статье 20.2.2.

«Очень хреновый летний лагерь»

Ильназ и Леонид попали в спецприемник на Карла Маркса, 21, а Дмитрий и Булат — на Милицейской, 75. Весь следующий день ребята отсыпались.

По их словам, в спецприемнике было нормально. «Не должно вызывать удивления, что все было по закону. Так должно быть везде. Вот омоновцы обращались не по закону», — говорит Леонид. Он описывает спецприемник как «очень хреновый летний лагерь».

Леонид. Фото: Евгения Есенина
Леонид. Фото: Евгения Есенина

В спецприемнике было все, что нужно: библиотека, игральные кости из хлеба, стол, расчерченный под нарды.

В камере с Леонидом и Ильназом оказался человек, который сидел не в первый раз. Они даже начали считать его своим духовным наставником в этом плане. Он научил их распорядку. Отпускать не хотел, говорит: «Такие культурные ребята попались, даже выходить не хочется».

Эти четверо суток нужны были, считают они, не столько для того, чтобы их наказать, сколько показать другим людям, что стоит бояться. Про спецприемник ничего плохого сказать не могут: посидели и посидели.

Дежурный на выходе посоветовал на митинги больше не ходить, а если и выйдут, то пусть бегают побыстрее. Все вышли из спецприемников в разное время: «В протоколе троим из нашей связки дали время не 17.22, когда составляли протокол, а 23.50, когда завезли в обезьянник. Они эти протоколы штампуют без разбора», — говорит Дмитрий.

Первый митинг комом

Дмитрий уверен, что в Кремль идти не надо было. Они сами себя загнали в ловушку.

Ильназ: — Надо было не зевать, а грамотно готовиться к митингу. Но это участь первопроходцев.

Булат: — В Кремле я понял, что нужно что-то сказать, ведь люди просто так не разойдутся.

Выступают за Навального, потому что больше, говорят они, не за кого: у него штабы, акции, просветительская деятельность. Леонид утверждает, что нельзя быть против Путина, не поддерживая Навального: «Есть три позиции: за Путина, против Путина и аполитичный овощ. Если человек не за Навального и не пошел на митинг, то как он иначе может высказаться?».

Булату хочется верить, что через 20 лет люди всё поймут. Дмитрий утверждает, что это произойдет раньше. «В России все слишком непредсказуемо. Революция происходят не во время экономического кризиса или интервенции, а когда задолбало. Сейчас потихонечку поднадоедает, но не задолбало. Рано или поздно этот дурацкий, как его называют, рабский менталитет размоется, и все станет лучше», — надеется Леонид. Если ребят задержат так ещё раз, то они получат не 4 суток, а 8. Они собираются выйти на следующий митинг.

Ксюша Дудкина
19 сентября 2018
В контексте
Подписаться на рассылку
0 комментариев
Войти:
Ваш комментарий…
н а в е р х   н а в е р х   н а в е р х