Дарья
Голощапова
27 марта
Разбираем явление на примере известных историй. И да, мимо кейса Беллы Рапопорт пройти невозможно.

Кибербуллинг (интернет-травля, моббинг) — преследование кого-либо в интернете группой агрессивно настроенных людей. Жертвой может стать абсолютно любой.

Основные факторы, которые вдохновляют людей на преследование — видимость полной безнаказанности и простая возможность выместить агрессию. Общество не поощряет агрессивного поведения на улице, в офисе  или магазине: буяна, скорее всего, быстро приведут в чувство охранники или полиция. В противоположность этому, интернет предоставляет, во-первых, физическую дистанцию, а во-вторых, относительную анонимность. Поэтому сеть стала идеальным местом для злобы и ненависти.

Наглядная иллюстрация возникновения и развития кибербуллинга — недавний сетевой скандал с петербургской феминисткой Беллой Рапопорт. Она предложила сотрудничество косметическому бренду Lush, ей отказали, она высказалась по этому поводу в своем блоге — и получила широкомасштабную травлю в свой адрес.

Буллинг оправдать в принципе невозможно, но ситуация с Рапопорт представляет идеальный кейс, иллюстрирующий несоразмерность реакции на информационный повод. Остановить моббинг не помогли ни заявления российского филиала Lush с призывом прекратить травлю, ни официальное письмо из головного офиса. Скорее, письма из Lush только раззадорили хейтеров.

Какой бывает кибербуллинг


Психолог Галина Солдатова разделяет проявления интернет-агрессии на несколько видов.

Хейтинг — негативные комментарии и неконструктивная (это важно!) критика в адрес объекта травли без обоснования или запроса. В случае Рапопорт шквал хейтинга был такой, что она была вынуждена отписаться даже от поддерживающих постов, потому что и под ними в изобилии появлялись комментарии с проявлениями ненависти.

Флейминг — оскорбления в публичных чатах и в соцсетях, в том числе не только в адрес объекта травли, но и между участниками дискуссии. Он развивается на фоне большого количества вовлеченных. Конфликт нарастает параллельно с тем, как в противостояние вступает все больше людей.

Троллинг — распространение негативной информации, социальная провокация и осознанное издевательство в сетевом общении. Это менее эмоциональная, более расчетливая форма буллинга, работа с уже имеющейся информацией. Кибербуллеры собирают реплики (как объекта травли, так и сторонников конфликта, которых набирается в приличном количестве из-за флейминга), вырывают их из контекста и распространяют.  

Образец троллинга в случае Рапопорт — спонтанно организованный флешмоб: многие пародировали ее обращение в Lush. Всеобщий хайп подхватили не только частные лица, но и некоторые компании.


Позднее к скандалу подключились СМИ, в числе которых были и популярные издания. Не все они были нейтральны в оценках ситуации.

«Вымогать у брендов продукты, получать отказ и потом обвинять сам бренд — стыдновато», — так писатель и журналист Сергей Минаев прокомментировал историю, которая поставила на уши всю отечественную блогосферу и заодно светскую тусовку. //“Вести”, 22 марта, Наталья Соловьева

Почему отказали, их дело. Может из-за широкой известности Беллы, может из-за ее бодипозитивности (бодипозитив, если утрируя, — это когда всем волосам на теле дают свободно расти, жиру свисать, ну и так далее). //“Московский комсомолец”, 22 марта, Дмитрий Попов

«Здравствуйте, я блогерка!». Наглая просьба российской феминистки взорвала сеть флешмобом. //“Обозреватель”, 21 марта

Lush отказал в халяве феминистке. Блогерка подняла шум в соцсетях, но над ней только посмеялись. //“360°”, 20 марта, Анна Старицкая

И, наконец, киберсталкинг — сообщения с обещаниями физической расправы. Это, как правило, апофеоз кибербуллинга, он начинается на фоне остальных проявлений. Скриншоты угроз Рапопорт разместила у себя на личной странице в фейсбуке.

Еще одну классификацию кибербуллинга разработала в 2007 году Нэнси Виллард (она называет интернет-травлю кибермоббингом). Это разделение более подробное, чем у Солдатовой, и включает 8 видов.

  • Flaming (оскорбление). Как правило, происходит в открытом публичном пространстве интернета посредством оскорбительных комментариев, вульгарных обращений и замечаний.
  • Harassment (домогательство). Целенаправленные, систематические кибератаки от незнакомых людей, пользователей социальных сетей, людей из ближайшего реального социального окружения.
  • Denigration (очернение, распространение слухов). Намеренное выставление жертвы в чёрном свете с помощью публикации фото- или видеоматериалов на интернет-страницах, форумах, в новостных группах, через электронную почту, например, чтобы разрушить дружеские отношения или отомстить экс-партнеру. В случае с Рапопорт этому виду буллинга соответствуют фейковые новости о том, что Lush по требованию Беллы якобы уволил сммщицу. Фейк привел к очередному витку киберугроз: пользователи угрожали физической расправой за увольнение сотрудницы (которого не было).
  • Impersonation (использование фиктивного имени). Намеренно выдавать себя за другого человека, используя пароль жертвы, например, для того, чтобы оскорбить учителя.
  • Outing and Trickery (публичное разглашение личной информации). Например, интимных фотографий, сведений о финансах, личной жизни или роде деятельности жертвы. С ярким примером этого вида буллинга столкнулась героиня еще одного недавнего скандала — 12-летняя Таисия Перчикова, у которой обманом выманили обнаженные фотографии и распространили их среди знакомых.
  • Exclusion (социальная изоляция). Отказ общаться (как на деловом, так и на неформальном уровне), исключение из чата группы или игрового сообщества и так далее.
  • Cyberstalking (продолжительное преследование). Сопровождается угрозами и домогательствами.
  • Cyberthreats (открытая угроза физической расправы). Прямые или косвенные угрозы убийства или причинения телесных повреждений.

Ну, подумаешь, пара неприятных сообщений. К тому же, меня-то точно травить не будут

Так думать легко и приятно, но нет. От интернет-травли не защищен никто: ни публичные персоны с большим социальным капиталом, ни простые пользователи.

Особенно уязвимы к кибертравле подростки. Психолог Кирилл Холмов утверждает:

«56% тех, кто страдает от кибербуллинга, — подростки. И каждый третий встречается с агрессией в интернете. Наше исследование показало, что пик вовлечения в киберагрессию приходится на пятые-шестые классы. (...) Если говорить про распространенность кибербуллинга для людей разных возрастов, то, по данным проведенного фондом «Дети онлайн» исследования под руководством Г. В. Солдатовой, можно сказать, что чаще всего с кибербуллингом встречаются несовершеннолетние (до 18 лет) — 41%, среди людей от 18 до 35 лет — чуть меньше трети, а среди тех, кто старше 35 лет, — 31%».

Проблема очень серьезная. Это подтверждают трагические случаи, спровоцированные травлей. В 2013 году 14-летняя английская школьница Ханна Смит покончила с собой после того, как вокруг ее вопроса на сайте ask.fm развернулась агрессивная травля. Девочка спросила, как справиться с проблемами кожи. В ответ ребенка на протяжении долгого времени заваливали издевательскими сообщениями. Ханна не смогла это пережить.

Американская школьница Меган Майер совершила суицид в 2006 году: ее травили с помощью подставного аккаунта в соцсети. После этого в штате Миссури, где жила Меган, приняли закон о защите от киберпреследования.

Кибертравля может привести и к другим трагическим последствиям. 19-летнего жителя Петербурга, Леонида Василевского, несколько месяцев травили во Вконтакте.  Буллеры создавали фейковые аккаунты, используя фотографии Василевского, вели от его имени блог, преследовали его с оскорбительными и высмеивающими сообщениями, раздобыли его телефонный номер и завалили сообщениями. Все это, по мнению многих экспертов, привело к обострению психического расстройства. В этом состоянии Леонид убил своих родителей. Судебная экспертиза признала его невменяемым.

Таким образом, кибербуллинг — это не безобидное явление, а серьезное психологическое воздействие, которое может повлечь непредсказуемый трагический  исход, нанести серьезную душевную травму, спровоцировать депрессию или тревожное расстройство. В то время как буллеры упражняются в остроумии, жертва испытывает не просто неприятные ощущения, а полноценно страдает.

Если вашего ребенка травят

К сожалению, травлю в школе наше общество еще не перебороло. Часто она переходит в киберпространство, и в этом случае буллинг может непрерывно тянуться сутками.

Если вы заметили, что ваш ребенок удручен, угнетен и много времени проводит онлайн, есть опасность того, что его травят. Понимаю, что выступаю в стиле «привет, кэп», но попробуйте с ним поговорить. Если есть возможность идентифицировать хейтеров — например, моббингом занимаются одноклассники — попросите ребенка сделать скриншоты. Отнесите их в школу, обратитесь к администрации, аргументируйте свои претензии с точки зрения закона и Уголовного кодекса. Как правило, в этих случаях руководство школы начинает действовать. Отнеситесь к травле со всей серьезностью, она может выйти за рамки обычных детских обид.

Ни в коем случае не обвиняйте ребенка в происходящем. Вы — его опора, постарайтесь быть надежным и принимающим родителем. Иначе подросток может закрыться и перестать обращаться к вам с такими проблемами (и это может иметь катастрофические последствия).

Не настаивайте на мести. Это может эскалировать конфликт или поменять хейтеров и жертву местами. Ни первое, ни второе не способствуют душевному благополучию.

Обратитесь к проверенному детскому психологу. Современные профессионалы знают, как работать с последствиями буллинга, в том числе интернет-травли.

Если вы взрослый человек и стали жертвой кибербуллеров


В первую очередь, никогда не обвиняйте в случившемся себя. Для травли не нужен повод, и она полностью на совести хейтеров. Никто не заслуживает буллинга, его ничем нельзя оправдать.

Во многих социальных сетях есть функция защиты от травли. В фейсбуке противодействием буллингу занимается целый отдел (так называемая абьюз-тим). На тех, кто регулярно пишет хейтерские сообщения, нужно посылать жалобы (репорты). В чатах или форумах можно обратиться за помощью к модераторам.

Следите за настройками приватности. Можно ограничить круг лиц, которые могут писать вам сообщения. Будьте осторожны, если у вас просят провокационные фотографии. Впоследствии их могут использовать против вас.

Если началась травля, не «кормите тролля». Не угрожайте ему в ответ, не призывайте к справедливости. Помните, что все, что вы скажете, подадут так, что станет еще хуже. Эффективнее всего работает игнор: троллю нужно эмоциональное подтверждение того, что провокация удалась.

Травля — это всегда стресс. Поэтому психологи советуют отвлекающие методы. Почувствовать себя «здесь и сейчас» помогает, например, легкая физическая нагрузка: прогулка или пробежка. В идеале забудьте дома смартфон.

Не отрицайте свои эмоции. Буллинг — это травматично. Совершенно нормально чувствовать в ответ гнев, растерянность или обиду. Кстати, мужчины плачут, и это тоже нормально.

Изолируйте себя от хейтеров. Забаньте всех, не читайте отфильтрованные сообщения. Максимально ограничьте потребление травмирующего контента.

Подумайте о троллях с другого ракурса. Эти люди по ту сторону экрана фрустрированы чем-то настолько, что готовы вымещать агрессию на посторонних. Их критика, их комментарии — это никогда не про вас, но всегда — про их собственное душевное состояние.

Если вы видите, что интернете ваш знакомый стал жертвой буллинга — никогда не бойтесь встать на его сторону. Психологически желание «остаться над схваткой»  понятно, лезть в чужой конфликт неприятно и страшно. Но вы всегда можете высказать поддержку в личных сообщениях, или же написать слова поддержки у себя на странице. Не оставайтесь в стороне: каждый молчащий пользователь развязывает хейтерам руки, а жертва чувствует себя бессильной и одинокой.

Дарья Голощапова
27 марта
В контексте
Подписаться на рассылку
0 комментариев
Войти:
Ваш комментарий…
н а в е р х   н а в е р х   н а в е р х